Юзик призналась, что в Тегеране ее арестовали по обвинению в шпионаже на Израиль
Российская журналистка Юлия Юзик, которая пробыла в тюрьме в Тегеране почти неделю, дала интервью радио "Свобода" на фарси. В нем она подтвердила предположения членов ее семьи, что основанием для ареста стали подозрения в шпионаже в пользу Израиля.
По словам журналистки, в прошлом она выступала в Тегеране с лекциями и даже задумывалась о переезде в Иран, поскольку очень любит эту страну. Первые проблемы у нее возникли осенью 2018 года, когда при пересечении иранской границы ее продержали в аэропорту 20 часов, устроив допрос с обыском, проверив телефон и компьютер. Затем извинились и позволили въехать в Иран.
На этот раз в конец сентября она приехала в Иран по приглашению своего бывшего работодателя – российского государственного телеканала Iran Today. "Если бы у меня были проблемы с визой, меня бы просто не впустили бы в страну. Но я заплатила за визу 80 долларов", - рассказывает Юлия. При прохождении таможни у нее забрали паспорт, но дали въехать в Иран, сказав, что документы вернут на следующий день. Ей также посоветовали "не шуметь".
Когда Юзик пришла за паспортом, ее ждал пятичасовой допрос, после которого журналистку отпустили – без документов. На третий день пребывания в Иране ее арестовали в гостинице. Среди тех, кто пришел ее арестовывать, была женщина внушительной комплекции и следователь, который вел ее допрос.
"Мне сообщили по-английски, что я арестована и что на следующий день предстану перед судом. После чего надели что-то на голову и повезли с сиренами то ли в КПЗ, то ли в тюрьму. На следующий день охранник отвел меня к судье, дал документ и показал, где подписать. Я не стала подписывать – не понимаю фарси", - вспоминает она.
Юзик предоставили переводчицу – пожилую иранку, с трудом говорившую по-русски. От нее Юлия и узнала, что ее обвиняют в шпионаже в пользу Израиля и сотрудничестве с иностранными разведками. Она также говорит, что ее заманили в Иран специально, чтобы арестовать.
"Из-за хороших отношений с Россией Иран согласился сделать что-то, чего обычно не происходит – отпустить меня", - заявляет журналистка.